Предрассудки для образованных

 ФЕНИКС   На связи с единомышленниками           

 Поддержка проекта 

Авторизуйтесь с помощью соцсетей и служб

Предрассудки для образованных

Посетитель
Принцесса Фиона
Спонсор ФЕНИКСа Первопроходец ФЕНИКСа
Сообщений: 162
Москва
182 дня назад
Богов первым на земле соз­дал страх», — сказал еще в I веке н.э. римский поэт Публий Папиний Стаций. Полностью избавиться от страхов, как предлагают некоторые авторы пособий в жанре селф-хелп, вряд ли возможно: это биологически заложенная эмоция.

Американский психолог Кэррол Изард — создатель теории дифференциальных эмоций — пишет, что страх мобилизует человека на спасение или поиск защиты. Но он же лежит в основе мифов и суеверий — веры в сверхъестественные силы, благодаря которой окружающий мир кажется понятнее и безопаснее. Магические верования, как писал Ирвин Ялом, американский психолог-экзистенциалист, защищают от страха перед неотвратимостью старения и смерти, бессилия и одиночества.

Страхи стары как мир, но если раньше наука развеивала многие из них, объясняя, как устроена жизнь, то теперь сама стала их источником. В 1950-х годах психолог Карл Густав Юнг с иронией заметил: «Если раньше к людям являлись ангелы, то теперь их похищают инопланетяне». Собственно, инопланетяне — часть современной мифологии, основанной уже на околонаучных представлениях о мире.

Сегодня люди не верят, что ведьмы насылают чуму, но опасаются озоновых дыр, прививок и продуктов ГМО. Назвать эти страхи суевериями уже нельзя, ведь в их основе ­— некие формально научные, рациональные доводы, а не мистика. Конечно, на содержании страхов отражается и свойственная большинству людей настороженность ко всему новому: при Петре I и Екатерине II россияне, например, противились диковинной тогда картошке и прививкам от оспы (за которые даже доплачивали). Но сейчас в эпоху стремительного развития науки и техники именно научные открытия становятся основным поставщиком страхов и основанных на них предубеждений. Об открытиях говорят и пишут зачастую тенденциозно, затем их публично опровергают, и появляются контртеории. Информации становится все больше, времени на ее анализ и осмысление — все меньше. Люди бессознательно экономят умственные усилия, и поэтому «естественная» реакция на научные дебаты — либо недоверие ко всем их участникам, либо бездумное принятие удобной точки зрения. Ведь нам свойственно учитывать только те мнения и данные, которые эмоционально и интеллектуально вписываются в нашу картину мира, которые приняты в нашей «референтной группе» и не мешают нам чувствовать, что мы «все делаем правильно».
Предрассудки для образованных

➡ Выбирай сам

Впрочем, и традиционные суеверия никуда не делись. Проведенный в 2013 году опрос «Левада-центра» показал: в приметы верят 51,5% россиян, в вещие сны — 42,7%, в предсказания астрологов — 27,9%, в инопланетян — 25,9%. За годы наблюдений с начала нулевых эти цифры почти не изменились. Конечно, одно из напрашивающихся объяснений — низкий уровень научных знаний. Его попытались проверить социологи «Левада-центра» и НИУ ВШЭ, попросив респондентов подтвердить или опровергнуть ряд утверждений. Выяснилось, что 42,4% опрошенных согласны, будто «вся радиация создана человеком», а 50,4% — с тем, что «антибиотики убивают не только бактерии, но и вирусы». Еще 46,8% полагают, что «обычные растения — картофель, помидоры и т.п. — не содержат генов, а генетически модифицированные — содержат».
Предрассудки для образованных

Подобные ответы свидетельствуют об активном формировании стереотипов, заблуждений, предрассудков, считает социолог «Левады» Ольга Караева: «Этот процесс усугубляется из-за крайне низкого иммунитета россиян к псевдонаучным данным». Причем даже высшее образование здесь не помогает, так как значимой разницы в ответах выпускников школ и вузов не оказалось.

Причину этого социолог видит в недостатке у большинства россиян критического мышления. Люди не умеют отделять доверие к информации от доверия к ее источнику, оценивать достоверность и доказанность тех или иных утверждений, сопоставлять данные из разных каналов. Косвенно об этом свидетельствует тот факт, что 51% наших граждан берут информацию только из одного источника. Для 85% из них это — телевидение («Первый канал», «Россия-1» и НТВ), которому доверяют и который считают объективным большинство опрошенных. «Среднестатистический россиянин — пассивный получатель информации, не стремящийся ее верифицировать, — подытоживает Ольга Караева. — Все это создает среду, восприимчивую к транслированию нужных стереотипов и заблуждений».


➡ «Доверься своему сомнению»

Москвичка Евгения Н., 28-летняя мать, не стала делать своему сыну прививку против коклюша, столбняка и дифтерии. Она боялась осложнений, которые может вызывать вакцина АКДС, особенно — как пишут на тематических форумах в интернете — отечественного производства. Евгения заинтересовалась идеями Галины Червонской, бывшего вирусолога. Та выступает против прививок, считая, что все инфекционные болезни — от плохой гигиены, а вакцинация — это пролоббированные интересы фармакомпаний, зарабатывающих на доверчивых людях деньги. Более того, настаивает Червонская, «негативные последствия вакцинации могут быть опаснее самих инфекций». «Главная идея была — закалять детей и дать возможность переболеть организму самому, чтобы выработался естественный иммунитет», — вспоминает Евгения. Свое мнение она поменяла, когда сын в 8 лет заболел коклюшем. Возник риск серьезного осложнения на мозг, но врачи успели вмешаться и спасти мальчика. Сейчас ему предстоит многомесячное восстановление. «Это, конечно, ужасно, я просто понятия не имела, что это за болезнь и думала — пронесет», — говорит она.

Евгения упустила важную деталь. Она изучила много информации о вреде прививок (достоверной или нет — другой вопрос) и почти ничего — о вреде и опасности самих болезней, а также вероятных последствий отказа от вакцинации. В результате страх перед прививками взял верх над страхом заразиться. Но дело даже не в том, правильным или неправильным было решение Евгении. Главное, брала ли она в расчет все рис­ки или только те, на которые кто-то обратил ее внимание?

В конце прошлого века в странах бывшего СССР возникла вспышка дифтерии, которая длилась 10 лет. С 1989 по 1999 год ей переболело 150 тысяч человек, из них более 4 тысяч умерли. Московский НИИ эпидемиологии и микробиологии им. Г.Н. Габричевского, исследовав причины, пришел к однозначному выводу, что эпидемия возникла из-за массового отказа от вакцинации и только благодаря прививкам ее удалось обуздать. Безусловно, привитые дети и взрослые тоже болели. И даже в тяжелой форме. Но, как говорится в заключении на сайте НИИ, «среди привитых детей и подростков удельный вес токсических форм дифтерии был в 4,65 раза ниже, чем у непривитых», а у взрослых — в 2 раза.

Сегодня в России растет уровень заболеваемости корью — острой вирусной инфекцией, грозящей тяжелыми осложнениями. В 2013 году корью заразились 2,3 тысячи человек, что на 10,2% больше, чем годом ранее. Медики напрямую связывают это с отказом от прививок. Не лучше обстоят дела и за границей. В мае 2014 года чиновники американского здравоохранения сообщили, что уровень заболеваемости корью достиг максимума за 20 лет. С января по июль 2014 года было выявлено уже 514 больных, а ведь до этого считалось, что болезнь в стране практически ликвидирована. 85% заболевших не были вакцинированы — по регигиозным, философским и личным возражениям, сообщил правительственный Центр по профилактике и контролю заболеваний. Симптоматично, что половина заболевших — старше 20 лет. То есть их в детстве не привили родители.

Казалось бы, факты говорят о том, что вакцинироваться нужно. Но антипрививочное движение имеет множество сторонников по всему миру, а в России таких, как Евгения, с каждым годом все больше. Споры о вакцинации начались еще во второй половине XIX века в Великобритании и США, и тогда ее противники выдвигали в основном религиозные аргументы. Сегодня они апеллируют к научным исследованиям. В 1998 году британский гастроэнтеролог Эндрю Вейкфилд опубликовал статью в журнале The Lancet: обследовав 12 детей, он предположил, что вакцина MMR, защищающая от кори, краснухи и свинки, может вызвать сбой в работе иммунной системы и привести к развитию аутизма или болезней аутического спектра. Публикация стала основанием для иска родителей этих детей о компенсации, что породило у журналистов подозрения в финансовой заинтересованности доктора в результатах исследования. Доктор продолжал настаивать на своем, и его история вызвала резонанс и подкрепила массовое предубеждение против прививок.

Предрассудки для образованных

Разумеется, без сомнений нет науки. Но гипотеза о вреде вакцинации, попав в СМИ, зажила своей жизнью. Причина этого, помимо всего прочего, в том, что у медиа и науки разные законы. «В научной литературе результаты исследований часто подаются в виде предположений и гипотез, то есть в форме, которую с трудом терпит простой, прямой, эмоциональный язык СМИ, — замечает Михаил Маяцкий. — Научные споры также часто касаются методологических проблем, вопросов “как” скорее, чем “что”. Но обывателя, на которого нацелены СМИ, не очень волнует, как получены результаты». То, что в науке было одной из версий, с подачи журналистов становится установленным фактом. И сомнение в вакцине, требующее перепроверки данных, порождает массовый страх. В результате сотни тысяч обеспокоенных родителей отказались вакцинировать своих детей. «Инсинуации о заговоре властей и медицинских учреждений с целью принести в жертву аутизму следующее поколение оставило до пятой части наших детей без защиты от краснухи, свинки и кори», — говорит в своем фильме «Иррациональная медицина» британский биолог, этолог и популяризатор науки Ричард Докинз.

Исследователи неоднократно проверяли и опровергали наличие связи между ­прививками­ и аутизмом. Один из самых любопытных экспериментов был проведен в Японии. Ученые Реабилитационного центра и Института психиатрии Иокогамы исследовали 31 424 детей в возрасте до семи лет и выяснили, что частота случаев аутизма у детей, рожденных после 1998 года, увеличилась с 48 до 117,2 на 10 тысяч человек. Но с начала 1990-х вакцинацию против кори, которую подозревали в провоцировании аутизма, в стране отменили. А значит, сделали вывод исследователи, причина заболевания в другом. Окончательно это решили проверить в США. Согласно данным, опубликованным в 2014 году, доктор Люк Тейлор с коллегами проанализировали десять исследований, охвативших 1,25 млн детей, и подтвердили, что связи между вакцинацией против детских болезней и аутизмом и аутистическими расстройствами нет.


➡ Подорванное доверие

«У меня полуинтуитивное предубеждение против ГМО. Читал где-то когда-то, что проводили опыты на мышках и якобы второе поколение не могло давать потомство. Вроде раковых заболеваний больше», — пишет посетитель одного из интернет-форумов. Ему в ответ набросали ссылок с критикой ГМО, и лишь пара человек порекомендовали взвешенные научные материалы.

В январе 2014 года на вопросы «Левада-цент­ра» отрицательно отозвались о продуктах с ГМО 89% россиян, положительно — 4%. Около 90% посетителей портала Mail.ru ответили, что боятся последствий употребления ГМО-продуктов. А еще 17 лет назад, когда трансгенные продукты появились в России, против них никто не выступал. За это время от ГМО никто не умер, не заболел и не мутировал. Что же тогда произошло?

Когда в 1953 году будущие нобелевские лауреаты по физиологии и медицине (1962 года) Джеймс Уотсон и Фрэнсис Крик открыли двойную спираль ДНК, научный мир был полон надежд: возможно, в механизм наследственности можно будет вносить коррективы. Открытия генетиков сулили революцию во многих областях, в том числе решение проблемы нехватки продовольствия: трансгенные злаки, овощи и фрукты, устойчивые к паразитам и условиям произрастания, обещали высокие урожаи. В 1987 году компания Monsanto, специализирующаяся на высоких технологиях в сфере сельского хозяйства, провела полевые испытания генно-модифицированных злаков, а в 1996 году выпустила на рынок первые трансгенные сою и хлопок.

Обвинители на Западе появились сразу, и снова — с религиозным рвением. Как можно вмешиваться в замысел Творца? То, что люди целенаправленно влияют на наследственные признаки, занимаясь отбором культур уже 5 тысяч лет, не принималось критиками в расчет. Затем появились околонаучные возражения. В частности, против трансгенных продуктов выступил «Гринпис». Аргументация «зеленых» звучит весомо: «Многие ученые опасаются, что ГМО увеличивают риск возникновения пищевых аллергий, отравлений, мутаций, способствуют образованию опухолей, а также вызывают невосприимчивость к антибиотикам. Не исключена вероятность того, что чужеродная ДНК способна накапливаться во внутренних органах человека, а также попадать в ядра клеток эмбрионов, что может привести к врожденным уродствам и даже гибели плода».

Предрассудки для образованных


В подобных случаях вступает в силу так называемый принцип предосторожности. «Согласно ему в делах, связанных со здоровьем и окружающей средой, если нет консенсуса по поводу вреда той или иной практики, бремя доказательства лежит на том, кто утверждает ее безвредность, — говорит Михаил Маяцкий. — Этот принцип присутствует в законодательствах многих государств». Однако так можно думать о любом достижении технического прогресса: неизвестно, как скажется повальная компьютеризация жизни человека на нашей психологии через полвека. А еще есть фаст-фуд, телевидение, внедрение робототехники во все сферы жизни. Доктор биологических наук, профессор МГУ Михаил Гельфанд регулярно выступает в СМИ, утверждая, что ГМО-продукты безопасны и даже полезны. Он считает, что страх перед ними иррационален, а к страху лишь подтягиваются аргументы. Но кому из ученых верить? Психологи говорят, что выбор здесь предопределен: если где-то кто-то говорит об опасности для здоровья и человек не знает ничего наверняка, он, как правило, займет позицию, гарантирующую status quo и безопасность. Тем более, если источник, говорящий об угрозе, авторитетен.

Конечно, в массовом сознании доверие к науке давно подорвано. Прошли те времена, когда она была окружена ореолом непогрешимости. «Только за последний век наука дала достаточно оснований для того, чтобы относиться к ней настороженно. Скажем, расовое учение совсем недавно считалось научным, с кафедрами, диссертациями и пр.; немало было ошибочных доктрин в медицине и экологии», — напоминает Михаил Маяцкий. Наука дискредитировала себя в ХХ веке и сотрудничеством с ВПК. Поэтому если раньше общественная этика шла за наукой — то есть то, что научно, считалось этичным, то сейчас маятник качнулся в обратную сторону и научные теории и практика тормозятся этическими и религиозными нормами, вплоть до суеверий. Есть и другой, менее явный аспект. Сейчас принципы самой науки во многих отраслях из-за грантовой системы сдвигаются в сторону медиа и маркетинга, что угрожает как научным результатам, так и репутации науки в целом.

Предрассудки для образованных


Все мы, как бы ни были продвинуты, уязвимы для манипулирования и подвержены влиянию разных, порой ошибочных концепций. Уберечься от них нельзя, но можно хотя бы научиться видеть, когда тебя вербуют в сторонники той или иной точки зрения. Как заметил Джеймс Рэнди, разум должен быть открыт новому, но не настолько, чтобы из него вывалился мозг. И не надо бояться своих страхов: все мы им подвержены в той или иной мере. <...> Порожденные страхом иллюзорные верования, конечно, ободряют человека. Но, как писал Ирвин Ялом, не позволяют ему познать свои чувства, мысли и желания. А значит, — сделать трезвый, ответственный выбор. Конечно, он сопряжен с тревогой, так как требует, чтобы человек сам отвечал за свои решения и поступки, а не полагался на веру, что есть другой, кто создает и охраняет его. Но именно такой выбор в итоге делает индивида мудрым, обогащает его и дает ему подлинную свободу.

Владимир Рувинский

Источник — http://vk.cc/3BGhVi
|
Перейти на форум:
Быстрый ответ
У вас нет прав, чтобы писать на форуме.

Новости форумов